Ринок нафтопродуктів: стан і прогнози
16 сентября в «Главреде» состоялась пресс-конференция директора ООО «Консалтинговая группа А-95» Сергея Куюна на тему: «Рынок нефтепродуктов: состояние и прогнозы»
Сергей Куюн: Начало сентября принесло положительные прогнозы. Рынок показал обнадеживающую для потребителей динамику. В частности, мы видим, что мировой рынок пошел на спад. И уже неделю мы прожили со стабильным курсом гривны.
Все это делает крепче прогнозы относительно того, что цена в розничной сети будет, на мой взгляд, снижаться. В частности, после достаточно продолжительной паузы на изменение внешних индикаторов вчера отреагировал внутренний оптовый рынок. Мы видим, что цены на оптовые партии снизились на 100-150 гривен по бензину А-95, А-92. Немножко скромнее динамика снижения по дизельному топливу - минус 30-100 гривен за тонну.
Поскольку внутренний производитель, - а именно он сегодня во многом формирует наполнение крупнооптового рынка, - безусловно, это уже серьезный сигнал для того, чтобы цены в розничной сети начали снижаться. Я думаю, что, учитывая те размеры снижения, которые уже есть, то снижение цен на порядка 15 копеек, вопрос, по сути, уже решен, что уже предопределено оптовым рынком.
Что касается негативных факторов. Во-первых, рынок по-прежнему подвержен валютным рискам. Мы видим, что, несмотря на то, что валюта у нас стабильная на межбанке в последнюю неделю, но все понимают, что это равновесие очень шаткое и в любой момент может измениться. Притом, что, как и население, так и бизнес хороших прогнозов на будущее особо не делают. Все ждут только повышения, и поэтому здесь абсолютно очевидно, что сегодня во многих отраслях экономики негативные ожидания закладываются отчасти в цены. Я думаю, что рынок нефтепродуктов тому не исключение. Поэтому, безусловно, есть опасения по поводу курса.
Второй, еще более важный фактор, - это то, что ощущается достаточно серьезный дефицит на внутреннем рынке. Дефицит, на мой взгляд, связан с теми валютными колебаниями, которые имели место в августе, начале сентября. По итогам августа баланс рынка, то есть наполнение рынка, было хуже по бензинам на 27%, по дизельному топливу - до 10%. То есть это очень существенная цифра для рынка. Почти на 30% меньше, чем в прошлом году.
Если провести анализ, почему так произошло: на фоне стабильного производства очень сильно снизился импорт. Потому что импортер решил перестраховаться и воздержаться во время этих валютных скачков на межбанке, решил просто отказаться от поставок, решил переждать, дождаться стабильности, чтобы не рисковать. Потому что при сегодняшней минимальной марже и таких скачках рынка, не говоря уже о долларе, риск получить убытки на этих поставках очень велик. Вы видим, к чему это привело - это привело к тому, что многие воздержались от поставок.
Поэтому рынок работает сегодня «с колес». Пониженные темпы импорта наблюдаются и в сентябре. И, к сожалению, есть еще такой фактор как внешние неблагоприятные обстоятельства. В частности, один из крупнейших поставщиков бензина и дизельного топлива в Украину Мозырский НПЗ в Белоруссии уже почти месяц находится на профилактическом ремонте и рынок ощущает нехватку этих объемов.
Кроме того, с первого сентября введен мораторий на поставки нефтепродуктов из Казахстана. Эти объемы были не так велики, как хотелось бы, и нельзя сказать, что они играли большую роль, но в условиях, когда нет белорусских заводов, интерес просыпался у импортеров и казахстанского направления. Однако оно тоже было закрыто, потому что правительство страны решило заполнить внутренний рынок и тем самым лишило возможности что-то импортировать из Казахстана.
Поэтому на рынке ощущается серьезный дефицит предложения. Я вижу, что, несмотря на то, что цены падают, реальных партий под этими ценами нет. Но купить по таким ценам сегодня достаточно проблематично. В основном речь идет о партиях, которые придут. Поэтому, может быть, не так быстро будут развиваться события, как хотелось бы в части ценового реагирования. То есть вы видим, что цена снизилась, но купить по такой цене сегодня очень проблематично. Я думаю, что все-таки, если правительство удержит курс в прежних рамках, хотя бы сегодняшних, это позволит быстро наполнить рынок. Потому что границы открыты, переработка на заводах тоже стабилизировалась. Поэтому все не так плохо. Но не хватает, конечно, стабильности.
Читатель «Главреда» Богдан: Какой будет цена нефти в 2010 году?
Сергей Куюн: Я думаю, что многие люди в этом мире отдали бы очень большие деньги за то, чтобы им сказали, какой будет цена нефти, газа и т.д. в таком случае можно было бы больше и не работать (смеется).
Часто задают вопрос: что будет до конца года? Никто не знает ответ. Как можно прогнозировать этот рынок, если в прошлом году он в первом полугодии вырос на 50%, потом в 3,5 раза упал, а за первое полугодие этого года он опять вырос вдвое? Как можно в этой ситуации что-то прогнозировать?
Оценки есть различные. Но, как показывает практика, многие заявления направлены на то, чтобы рынок в той или иной ситуации либо «разогреть», либо «опустить».
Есть ощущение того, что цена 70 долларов за баррель, возле которой «пляшет» в последнее время нефть, - этот тот паритет, который сегодня устраивает и нефтедобытчиков, и отчасти потребителя.
«Главред»: Процессы, о которых вы только что сказали, каким-то образом связан с финансово-экономическим кризисом? И как в целом финансово-экономический кризис повлиял на рынок нефтепродуктов?
Сергей Куюн: Самое основное последствие для этого рынка – это, безусловно, снижение объемов потребления. По последним данным, за 8 месяцев потребление дизельного топлива снизилось более чем на 20%, лучше ситуация по бензинам, но это накопительный итог. А августе фиксировалось снижение продаж бензина А-95 порядка 10%. Для этого рынка это – хуже не придумаешь. Он живет на больших продажах. Чем больше ты продаешь, на небольшой марже ты имеешь нормальный доход. Этот рынок не позволяет увеличивать маржу пропорционально. Как показывают наши исследования, маржа более-менее стабильна на протяжении последних лет, поэтому основной индикатор доходности – это, безусловно, объемы продаж. Дизельное топливо – это продукт, который занимает в балансе потребления порядка 50%. Его основные потребители – промышленные. Остановились металлургические заводы, стали сами меньше потреблять, стали меньше производить продукции, меньше перевозит железная дорога, она тоже не потребляет, меньше переваливают порты и т.д. Эта цепочка достаточно весома.
Первый итог – то, что доходность розничной торговли серьезно снизилась.
Второй итог – то, что девальвация национальной валюты очень сильно увеличила обязательства по валютным кредитам. Большинство людей, имеющих банковские кредиты в валюте, поняли, что сегодня нужно платить в гривне намного больше. То же самое касается и компаний, которые при той же марже теперь вынуждены вносить намного больше, и это еще один удар по доходности данного бизнеса. Этот рынок – не исключение. Он так же пострадал, как и все остальные, от финансово-экономического кризиса.
Телеканал Gamma: Принято считать, что на рост цен на бензин влияет две причины: курс доллара и рост цен на мировом рынке. Есть еще какие-то причины, в данном случае, у нас?
Сергей Куюн: Наверное, в этими причинами ничего больше сравниться не может. Сегодня, наверное, впервые за много лет, август-сентябрь, рынок подвержен влиянию топливного дефицита. Есть нехватка предложения. С 2005 года, когда были отменены пошлины и прочие налоги на импорт нефтепродуктов, топливо начало поступать со всех направлений и рынок с тех пор живет в состоянии перманентного перелива: он постоянно переполнен, постоянно есть избыток предложения.
А вот в августе-сентябре многие почувствовали те времена, которые были до 2005 года, когда рынок постоянно сидел на «растяжке» и не совсем понимал, что будет с ценами, что будет с ресурсами. Сегодня происходит то же самое. Я бы сказал, что помимо этих двух глобальных факторов сегодня, например, оказывает влияние тот же дефицит.
Кроме того, этот рынок, как и любой другой, работает на кредитные средства. Все мы прекрасно понимаем, какие сегодня ставки по кредитам и, безусловно, это тоже толкает цену вверх, потому что увеличение затрат всегда перекладывается на потребителя.
Читатель «Главреда»: Какова судьба элитного бензина? Какой процент автомобилистов пользуется ими? Ответьте, если у вас есть такая статистика.
Сергей Куюн: Я так понимаю, что под элитным бензином подразумеваются так называемые премиальные марки с моющими присадками. Я вижу, что, поскольку парк автомобилей серьезно обновляется, это видно невооруженным глазом, этот парк требует совершенно другого топлива. В Европе с этого года к топливным стандартам применяется норма Евро-5 по выбросам, к топливу предъявляются те же требования. Поэтому сегодня у нас есть прослойка потребителей, которым нужен этот хороший бензин.
Пока что его объемы продаж невелики. Я думаю, что не сильно ошибусь, если скажу, что они составляют менее 5% в общем объеме реализации автозаправочных станций. Это небольшой объем, но он очень серьезно увеличивается. Есть уверенная динамика.
Наверное, эта динамика была бы еще стройнее, если бы компании вели более взвешенную ценовую политику по отношению к этим бензинам, потому что все-таки переплачивать 0,8-1 гривен по сравнению со стандартным бензином для многих достаточно ощутимо. Тот же кризис заставил задуматься: а стоит ли продавать так дорого? поэтому если раньше разница с обычным бензином составляла порядка 0,6-1 гривен, то сегодня мы видим, что 60 копеек – это уже потолок. В основном это 20-25-30 копеек. И это дало очень серьезный стимул.
Вопрос из зала: Недавно прошла информация, что Лисичанский завод прекратил выпуск бензина А-80. Как это отразится на рынке?
Сергей Куюн: Насколько я знаю, его выпуск в Лисичанске, по сути, прекратили еще пару лет назад. То, что там производили какие-то ведерные партии – никто давно их всерьез не воспринимал.
Но все это лежит в русле европейских тенденций и связано с обновлением парка автомобилей. Бензина А-80 в Европе нет уже с десяток лет, там уже нет и А-92. Т.е. остается только бензин А-95. Мы идем по тому же пути. Есть российский путь – они больше склоняются к использованию бензина марки А-92, потому что российский автопром нацелен на нее. Но в Европе все идет к тому, что кроме бензина А-95 и отдельных марок А-98 – его производство также сокращается из-за дороговизны.
Поэтому мы идем по европейскому пути. Эти процессы лежат в этом русле.
Если посмотреть на статистику снижения потребления этой марки, то каждый год она снижается на 20-30%. Потребитель этого бензина – оставшаяся советская сельхозтехника, которая тоже постепенно выходит из строя, и какие-то старые машины советского производства, количество которых тоже постепенно снижается.
Что такое бензин А-76? Он используется многими для добавления, не совсем легального, различных присадок для получения высокооктанового бензина. Завод, который платит все налоги, выпускает на рынок этот бензин, он поступает на базы дельцам, те дельцы делают из него А-92, А-95, выходят на рынок и начинают конкурировать с другими марками этих же заводов. Поэтому мне до сих пор не понятно, зачем они его производят. Я бы его вообще убирал и таким образом стимулировал спрос на свои высокооктановые марки.
Себестоимость низкооктанового бензина очень близка к себестоимости производства высокооктановых марок. Поэтому экономически потребитель скоро вынужден будет от него отказаться.
Рынок эволюционирует, и это одна из его отличительных черт.
Телеканал Первый деловой: Уже третий месяц как фактически отменен контроль государства над производством топлива, отменен ценовой коридор. Как бы вы оценили последствия этого? Насколько украинский рынок стал коррелировать с мировым рынком?
Сергей Куюн: Никак. Я немножко знаю эту ситуацию изнутри. В свое время я был одним из инициаторов того, чтобы ценовой коридор не сильно показывали общественности, журналистам, потому что для хозяйственной деятельности важен прогноз рынка. Мы уже знаем на своем потребительном уровне: если будет снижаться цена, мы, наверное, сегодня не будем много покупать. Мы лучше купим завтра побольше, когда цена снизится.
Для любой экономики очень важно знать прогноз. Для этого и был сделан этот коридор в свое время – не для того, чтобы устанавливать цену, а для того, чтобы подавать сигналы населению, промышленному сектору. Это должно было помочь людям сэкономить. В итоге все закончилось тем, что этот коридор стали воспринимать как некий механизм регулирования рынка.
Поэтому Минтопэнерго перевело коридор обратно в ранг внутренних министерских отчетов, где они сами прогнозируют ситуацию. К рынку это не имело никакого отношения.
Рынок продолжает работать в том же русле, в котором он работал и раньше. Рынок как цены определял, так и продолжает их определять.
«Главред»: Можно ли говорить о политическом компоненте формирования цен на рынке нефтепродуктов? В частности, как повлияет президентская кампания, которая вот-вот стартует, на цены на рынке нефтепродуктов?
Сергей Куюн: Ситуация действительно намагничена. Любые изменения связывают с политическими процессами. Этот рынок пережил все эти многочисленные кампании без особых потрясений. Нельзя сказать, что это каким-то образом на него влияло.
Последнее влияние было в 2004 году, когда шла президентская кампания и цены регулировались в ручном режиме. Вернее, они были зафиксированы на одной отметке и простояли больше 8 месяцев на одном уровне. Это было последнее грубое вмешательство в рынок.
В остальном это влияние, скорее, косвенное. Политическая кампания влияет на экономическую ситуацию в стране, а общеэкономическая ситуация влияет на этот рынок снижением объема продаж, снижением потребления, нестабильностью валютного курса, попытками этот курс стабилизировать и т.д. Это порождает неуверенность, а для бизнеса нет ничего хуже, чем неопределенность.
